Венеция
-
Это я
-
Влажный, теплый средиземноморский
воздух. Окунаешься в него как в ванну.
Вылез из холодной (вагона с кондиционером)
- ноги даже немного подмёрзли - и в
тёплую. Сначала приятно, но, пройдя по
перрону сотню метров, уже чувствуешь,
как солнце испепеляет, а влага не даёт
дышать. Тень, где тень? На вокзале, но
здесь, как в террариуме, и вот уже
струйки пота текут по телу. Быстрее,
быстрее на воздух. Фу! Выскочил,
остановился на ступеньках. Теперь в
тени вокзального козырька можно прийти
в себя и поглазеть с небольшой высоты
на солнечную панораму: пристань, снующий
возле билетной кассы народ, пришвартованные
кораблики, бросить взор на другую
сторону канала, попялиться на позеленевший
купол собора и разноцветные фасады
зданий и сказать, наконец:
- - Ну, здравствуй, Венеция!
-
- 2255
-
Большой канал – это большая
туристическая тропа. Я «ступал»
на неё к счастью всего два раза: по
приезду и при отбытии – с вокзала и на
вокзал. Всё, хватит, толпу и давку мы
имеем и в московском общественном
транспорте. Остановочка «Giglio».
Выходим на дощатые настилы, а с них
прямо в темную прорезь между домами.
Это и есть венецианская улочка –
экономия места, пройти может только
прохожий или всадник. Всадников уже
давно нет, остались одни прохожие. Ура!
Мир прохожим, война машинам: их здесь
тоже нет – совсем! Из тени выходим на
солнечную поляну – вернее небольшую
площадь (мы же не в лесу). Раскрываем
карту, но где находимся, понять никак
не можем. Я думаю, и до самой ночи не
смогли, если бы не спросили в ближайшем
отеле, где находится наш «Favaro». И
о, чудо, мужчина (портье? охранник?)
звонит по мобильнику, потом хватает
нашу багажную сумку, и мы следуем за
ним. Уже прикидываем, сколько отстегнуть
чаевых, и тут нашу поклажу перехватывает
другой мужчина. Мы только успеваем
сказать первому: «Gracia», а второй
уже спрашивает нашу фамилию и, получив
ответ, радостно улыбается, кивает
головой, начинает тараторить на плохом
английском и, шныряя по закоулкам,
приводит к неприметной двери в стене.
Ё, моё! Как же мы сами найдем?
-
Ничего, научились. Первый раз,
правда, плутали долго, уже темнеть
стало, но всё же увидели на доме заветный
номер 2255, теперь за угол, в щель, и через
двадцать шагов обнаружилась наша
дверка. Слава тебе, Господи, добрались!
-
- Лейся песня
-
Поют? Да, поют. Слышал, как поют
гондольеры. Ну, это им, возможно, по
сценарию предписано: гондола с влюбленной
парочкой, гондольер. Длинным веслом он
подправляет движение лодки и напевает,
услаждая слух влюблённых. А вот другие,
они-то чего распелись. Парнишка, официант,
принес заказ и пошел по каким-то еще
поручениям, чуть отошёл от нашего
столика и давай себе напевать. А вот
служащий на пирсе: прислонился к
ограждению и тоже изо рта звуки пускает
– неплохо получается. Поют венецианцы.
С наушниками только туристы. Ну, так
они же не на службе.
- Так вот
-
Пока плыл по Большому каналу в
общественном корыте, т.е. в набитом
людьми речном трамвайчике, всё глядел
на выцветшие фасады венецианских зданий
с облупившейся штукатуркой и уже с
подступающей тоской представлял себе,
что на эту обветшалость придется убить
два драгоценных дня отпуска. Но вот
вещи в гостинице оставлены, в моих руках
фотоаппарат, делаю пробный снимочек и
рассматриваю его. Волшебный глаз! Я,
тупой болван, не смог понять, в чём
хитрость, а этот пострел всё разглядел.
Так, добавьте потёртостей и штукатурку
отколупните, а здесь, чтобы красочка
выцвела, выгорела. Вот, теперь красота
- художественная!
-
- Тайны венецианского стекла
-
В далёком детстве мама принесла
мне книжку о происхождении различных
вещей, в ней рассказывалось о том, что
зеркало пришло к нам из Венеции. Секрет
его изготовления долго держался в
тайне. Но оказывается – это была только
одна из венецианских стеклянных тайн,
их осталось ещё море! Море тайн, море
стекла, море магазинчиков, в которых
торгуют стеклом, ну, и конечно само
море! Можно вечером пройтись по
набережной, поглядеть на закат, который
золотит небо и воду, а это неподвластно
даже мастерам Венеции; можно и себе
отщипнуть кусочек этой тайны и сохранить
на снимке.
